Уведомляем вас о том что:

Данный сайт содержит материалы для взрослых: фото, видео, изображения, предназначенные для лиц старше 18 лет,

Для просмотра вы должны согласиться с правилами сайта и подтвердить свое совершеннолетие, эта информация должна являться достоверной.

для лиц 18+
Поиск по названию фильма..
02.01.2015

Наталья Анатольевна. Любимая учительница и первая женщина.

Эта история произошла со мной много лет тому назад, в конце 90-х, когда я с родителями еще жил в одной из среднеазиатских республик. Меня зовут Андрей. В тот год я заканчивал школу, строил планы по поступлению в ВУЗ, на техническую специальность. В школе мне всегда были по душе уроки физики, химии, математики, нежели гуманитарные предметы.

Тем более, я с 4 или 5 класса увлекся электротехникой, собирал музыкальные усилители, регуляторы, приемники и проч., с удовольствием ходил в авиамодельный кружок в здании районного ДК, потом с друзьями «учил» наши модели летать на пустыре или на небольшом школьном стадионе, пробовал фотографировать, и т.д., в общем, жил себе поживал, как и любой другой юноша моего возраста. Наша школа мне нравилась, она была старой постройки, небольшой, двухэтажной, с большими деревянными окнами, в духе сталинских зданий, в ней всегда, не смотря ни на какую жару всегда было прохладно и уютно что ли, если такие здания могут быть уютными. Надо сказать, что, первое мое знакомство с Натальей Анатольевной, было не очень приятным.

Как-то уже в конце летних каникул, в августе, мы с друзьями на небольшом школьном стадионе пытались запустить авиамодель на леске-корде, но моторчик модели капризничал и модель, едва поднявшись и огласив школьный двор пронзительным жужжанием, снова падала. Мы собрались вокруг модели, пытались реанимировать её моторчик, подбирая пропорции смеси из эфира и бензина и, увлекшись, не заметили, как внезапно к нам подошла какая-то незнакомая полная женщина средних лет, с миловидным круглым лицом, с стрижеными, красиво уложенными, крашеными волосами темно-каштанового цвета, в белом сарафане с глубоким декольте и неожиданно напустилась на нас с криком, потребовав, чтобы мы немедленно убрались со школьного двора.

Женщина принялась громко отчитывать нас, говоря, что наша модель опасна, якобы, она может сорваться с лески и повредить кого-нибудь во дворе или окна в школе. Мы оглянулись, но никого кроме нас во дворе не было, даже обычных в таких случаях зрителях в виде вездесущей мелюзги, а корда у модели очень крепкая и рвется очень редко. Мы не нашлись что возразить этой женщине, ошеломленные её напором, молча собрались и пошли со двора. Дождавшись, пока мы уйдем, женщина развернулась и, решительно цокая каблучками легких туфелек, скрылась за дверью школы. Я невольно для себя отметил, что сарафан плотно и соблазнительно облегал её полное тело, обтянутые тканью пышные груди мерно колыхались в такт её шагов, а половинки крупной, увесистой, но аккуратной, округлой попы аппетитно покачивались верх-вниз. Я растеряно проводил её взглядом и спросил у ребят, кто она. Кто-то недовольно буркнул, что это новенькая учительница, устроилась в школу недавно.

Этот эпизод стал забываться, но накануне начала занятий учеников средних и старших классов попросили подойти по возможности в школу и помочь навести порядок в учебных кабинетах школы. У нас был дружный класс и мы практически в полном составе откликнулись на просьбу и собрались с утра у дверей своего класса на первом этаже. Мы общались, болтали, рассказывали друг другу, кто, как и где провел каникулы. Время между тем шло, а наша классная руководительница не появлялась, кабинет был заперт. Наконец появилась завуч, Евдокия Федоровна, суровая женщина и своим зычным, командирским голосом приказала, чтобы мы поднимались на второй этаж, где для нас выделен новый учебный кабинет. Мы все поплелись на второй этаж и завуч указала нам на открытую дверь кабинета, где располагался класс то ли уроков труда, то ли домоводства для девчонок младших и средних классов или что то еще в этом роде (я уже не помню). Мы зашли всей толпой внутрь, с любопытством рассматривая то, что находилось в кабинете. Он оказался большим, светлым, с дополнительной комнатой, боковыми стенными шкафами и подсобкой. На партах стояли швейные машинки, лежали какие-то лекала, куски ткани, на отдельном столе была какая-то утварь и проч. В это время в кабинет зашла завуч и вместе с ней, кто бы вы думали?!

Та самая полная женщина, отчитавшая меня с ребятами недавно за запуск авиамодели. Завуч обратилась к нам, и сказала, что с этого учебного года и до конца, до выпуска из школы, нашей новой классной руководительницей будет эта учительница, Наталья Анатольевна. Затем завуч вышла, а Наталья Анатольевна, быстро оглядев нас, сразу взялась за дело решительно. Попросила всех сесть за парты, назвать свои имя и фамилию. Она подходила к каждому из нас и, запоминая, внимательно оглядывала с ног до головы, смотрела в лицо, в глаза. Когда дошла очередь до меня, мне показалась, что в её глазах промелькнуло какое-то мимолетное воспоминание, но похоже, она меня не узнала. В свою очередь, знакомясь с нами и, рассказывая о себе, она с улыбкой, а где-то с шуткой, поведала нам, теперь уже своим ученикам, что живет в нашем районе, у своих родителей в частном доме, недалеко от школы, что у неё двое ребятишек дошкольного и младшешкольного возраста, что давным-давно она заканчивала факультет иностранных языков нашего, городского педагогического института, раньше она работала тоже в школе, только в другом районе города, очень любит кроить, шить, разрабатывать новые модели, увлекается дизайном, танцами, нравится кулинарить. На неожиданные и нескромные вопросы наших некоторых девчонок и ребят о её возрасте и о муже, засмеялась и ничуть не стушевавшись, с юморком ответила, что она еще очень молода и что ей весной исполнился всего лишь 41 год, а муж также имеется. Все тоже засмеялись, обстановка несколько разрядилась.

Она стояла у передних парт, действительно, моложавая, сексапильная, пышущая здоровьем, полненькая, среднего роста, в обтягивающем летнем платье, из голубенького полупрозрачного шифона, не вульгарно, но явственно, подчеркивавшем все прелести и достоинства тела этой зрелой женщины. Я отметил для себя, что полнота её нисколько не портила, а наоборот, была приятной.

Пышные груди, стянутые лифом с крупными чашками и от этого напоминавшие баллоны, 3 или 4 размера (как потом выяснилось, это был натуральный 5 размер и по форме её груди напоминали крупные дыни!), заманчиво колыхались от движений их хозяйки, максимально открытая зона прямоугольного выреза декольте её платья демонстрировала упругую, не морщинистую кожу, мягкий живот уже рожавшей женщины не выпирал и не обвис, а круглые полушария крупных ягодиц, полные бедра, округлые руки с пухлыми пальчиками, сильные икры и изящные ступни (37 размер) в легких шлепках на тонких каблучках дополняли соблазнительную картинку. И голос у неё оказался приятным, грудным, от звуков которого какая-то сладкая истома охватила меня изнутри а внизу в штанах начиналось недвусмысленное шевеление.

Оказалось также, что Наталья Анатольевна обладала не только роскошным, соблазнительным телом, но и завидным талантом организатора. В считанные минуты после нашего импровизированного знакомства, она нашла работу или занятие для каждого из нас и это все с шутками, юморком, улыбкой, так что эти труды никого не напрягали, все всё делали с удовольствием. Надо сказать, что Наталья Анатольевна довольно быстро завоевала расположение и уважение наших ребят и, особенно, девчонок. Через короткое время они уже вовсю шушукались с ней, бегали к ней за советами. Оказалось также, что в отличие от основной массы наших учителей, Наталья Анатольевна способна оценить юмор, розыгрыши и приколы, тем более, подростковые, а уж если наши приколы были совсем тупыми, относилась к ним с пониманием и бесконечным терпением. На неё также в школе возложили обязанности по организации всевозможных культурно-массовых мероприятий, поддержке контактов с другими школами, колледжами. При этом никто из наших ребят не замечал, чтобы она жаловалась на трудности или нехватку времени или отказывалась от поручений. И с каким бы вопросом к ней не обращались ребята или девчонки нашего класса, она старалась разрешить их в первую очередь, не взирая ни на что. Это также прибавило плюсов в глазах наших ребят и мы стали относится к ней с неподдельным уважением и с удовольствием помогали ей в её общественных хлопотах.

В общении она оказалась приветливой, жизнерадостной, коммуникабельной, бесхитростной, с ней запросто можно было поговорить на любую тему, в том числе очень личного или даже интимного характера, о чем заговорить с другими учителями или даже нам друг с другом, порой никто из нас не решался. Она неодобрительно относилась к любым проявлениям лжи, неискренности и, особенно, к всевозможным сплетням и пересудам в школе, и, общаясь с нами, не уставала напоминать нам, что обсуждать кого-либо или чьи-то поступки за глаза недостойно и унизительно. Ученикам нашего класса всегда можно было заглянуть к Наталье Анатольевне домой, за советом или просто так, в гости. В доме у неё всегда царил порядок, вкусно пахло выпечкой, пришедших встречали тепло, поили чаем, кофе, угощали сладостями, фруктами. Она сама напоминала аппетитную, сдобную, зрелую пышечку, одновременно грациозную и легкую. Не знаю, как другие ребята, а я влюбился в мою учительницу, Наталью Анатольевну, что называется, по уши и неудивительно, что постепенно она стала главной и единственной героиней моих подростковых, юношеских эротических фантазий и вожделений (ничего не поделаешь, возраст полового созревания!). При виде её или звуках её голоса у меня незамедлительно начиналась бешенная эрекция, как правило, в самый неподходящий момент, поэтому мне почти всегда приходилось носить плавки, которые хоть как-то сдерживали от неуемного подъема мой член. Учеба и время шли своим чередом, мы постепенно привыкли к Наталье Анатольевне, а она к нам. Что касается моих с ней отношений, могу сказать, что она прониклась ко мне уважением, после того как она, узнав о моем увлечении электротехникой, обратилась ко мне с просьбой починить вывалившуюся из гнезда электрическую розетку в нашем классном кабинете, а когда я инициативно привел в порядок все розетки, а затем еще и потолочные светильники в кабинете и сменил прокладки у подтекающего водопроводного крана в подсобке, её искренней радости не было предела. Когда же я, школьник, юноша, позже, по её же деликатной, осторожной просьбе (она очень переживала, что вдруг подумают, что она эксплуатирует учеников в своих целях!) устранил последствия короткого замыкания в электропроводке у неё дома, которое устроил её отец Анатолий Иванович, добродушный мужик, любитель что-либо мастерить или улучшать конструкции (смех сквозь слезы! ), реанимировал пострадавшую от этого электрическую проводку в доме, стиралку и вдобавок, моторчик у её любимой швейной машины, от восхищения она меня, не долго думая обняла, прижала к себе и от души расцеловала! Надо ли говорить, что в тот момент я был на седьмом небе от счастья! К тому же выяснилось, что нам с ней нравилось ходить по стихийному вещевому рынку, который располагался на дороге, шедшей мимо школы и наших с ней домов, каждые выходные, практически в любую погоду, особенно весной и летом.

На этой барахолке можно было найти что угодно из техники или бытовых вещей, одежды и проч. и я частенько встречал на ней Наталью Анатольевну, после чего мы бродили там уже вместе. Народ там всегда толпился проходах между рядами и мы нередко пробирались через скопление людей вплотную друг за другом и даже иногда держась за руки, чтобы не потеряться. Честно говоря, в эти моменты я уже не смотрел на то, кто и чем торгует, а украдкой или не стесняясь рассматривал прелести вожделенного мною тела Натальи Анатольевны, предпочитая при этом держаться несколько позади неё, потому что так я мог наслаждаться, разглядывая неизменно плотно обтянутые платьем или сарафаном её увесистую попу, роскошные бедра, мягкие складочки на боках, переходящие в груди и время от времени, будто случайно, старался прикоснуться к этим сокровищам. Наталья Анатольевна, увлеченная разглядыванием продаваемых товаров, на мои прикосновения не обращала никакого внимания, тем более, что таких же как мы любопытствующих, толкающих или задевающих друг друга людей вокруг нас всегда было много. К тому времени я стал увлекаться восточными единоборствами, хорошо окреп физически и даже подрос!

Я ездил на тренировки в другой район города несколько раз в неделю, возвращался после них уже вечером и нередко на трамвайной остановке возле спорткомплекса встречал Наталью Анатольевну, которая в эти же дни, когда у меня были тренировки, как оказалось, возвращалась из районо, куда она регулярно возила из школы какие-то отчеты или наоборот забирала там для школы документы. Тогда мы уже вместе дожидались трамвая, садились в него, ехали, потом от остановки шли по домам. При этом нам необходимо было пересекать железнодорожные пути по подземному пешеходному тоннелю, который никогда не был освещен, основательно замусорен и я замечал, что Наталья Анатольевна всякий раз с признательностью посматривает на меня, когда мы вместе проходили по нему в полумраке и тем более, когда нам на встречу попадались какие-то маргинальные, подозрительные личности. Потом как-то она мне призналась, что без меня она одна опасалась ходить по этому тоннелю не то что поздно вечером, но и днем ей из-за этого приходилось взбираться на насыпь, переходить рельсы или даже подлезать под вагоны, когда на путях стояли ж/д составы. Иногда, не доезжая до дома несколько остановок, мы с ней выходили из трамвая, чтобы Наталья Анатольевна успела пробежаться по нескольким продуктовым магазинам до их закрытия.

Я тоже сопровождал её при этом, а она не возражала, тем более, что я потом помогал ей нести тяжелые сумки до дома. В такие дни мы возвращались пешком уже вдоль автомобильной дороги, шедшей параллельно ж/д путям, шли по узким улочкам к нашим домам, тем более, что нам было по пути, они были на одной линии, у дороги. Мне этот путь больше нравился, так как я мог быть подольше вместе с Натальей Анатольевной. При этом я удивлялся, тому, что Наталья Анатольевна несмотря на свою полноту всегда ходила быстро и легко и как она не устает так бегать в туфельках или босоножках на каблучках, а она лишь посмеивалась в ответ и отшучивалась, что без каблучков она станет совсем низенькой и некрасивой. Постепенно у нас сложились хорошие, дружеские отношения и поэтому в доме у Натальи Анатольевны я мог бывать чаще и в эти счастливые для меня минутки я старался как можно больше увидеть или узнать что-нибудь из её обычной, бытовой жизни.

Так, мне иногда с удовольствием удавалось наблюдать, как она занимаясь чем-то по дому, ходит в простеньком коротком халатике или обтягивающем трико, босая или в легких шлепках на небольшом каблучке, задники которых при ходьбе звонко шлепали по её круглым ухоженным пяточкам. При этом она уже не очень-то стеснялась моего присутствия и если что-то делала, наклоняясь при этом, приседала на корточки или сидела у стола на стуле с раздвинутыми ногами и задравшимся гораздо выше колен подолом платья или юбкой, делала это в общем-то, не заботясь, о том, что мне при этом нередко становились видны её сливочной белизны полные ляжки, либо кусочек ткани её трусиков или сквозь полупрозрачные ткани её халатиков или сарафанов сами трусики, плотно облегающие ягодицы, а иногда и оттягивавшиеся под собственным весом шикарные груди без лифчика.

В её комнате мне очень нравилось рассматривать её большую двуспальную кровать, неизменно свежую, чистую постель, иногда удавалось заглянуть в отделение шкафа с её нижним бельем, а во дворе разглядывать её кружевные или обычные, беленькие или пастельных цветов, трусики и лифчики, развешенные на веревке после стирки. Но больше всего мне нравились её яркие и откровенные танцевальные костюмы для латиноамериканских танцев, которые также иногда вывешивались во дворе дома проветриться. Впрочем, Наталья Анатольевна на занятиях своего танцевального кружка обычно обходилась обтягивающим, легким трико. Показывая какие-либо движения своим девчонкам из кружка, она весьма соблазнительно двигалась по залу и меня при этом буквально сводило с ума то, как колыхались и подрагивали от этих движений её полные груди, попа, ляжки! Нетрудно представить, какие безудержные эротические непристойные фантазии и вожделения в эти моменты проносились в моей голове, которые я потом вспоминал и переживал по ночам с удовольствием вновь и вновь.

Я получал огромное удовольствие от тесного дружеского общения с этой прекрасной женщиной, но и одновременно мучился от нестерпимого желания хоть на несколько минут ощутить своими руками, губами, мягкую упругость её грудей, теплоту бархатной, теплой, ароматной, с легким загаром, кожи с еще едва заметной возрастной «апельсиновой корочкой» её мясистых ляжек, бедер, попы, не говоря уже о том, чтобы заняться с нею любовными ласками! Я неоднократно порывался признаться Наталье Анатольевне о своей влюбленности в неё и что она меня уже интересует прежде всего, как женщина, но всякий раз гнал эту мысль от себя, так не знал наверняка, как она на это отреагирует, может ограничится шуткой, а может устроит скандал, да еще перед родителям опозорит! Вот так пролетели те два года, пока Наталья Анатольевна была нашим классным руководителем, но пришла пора нашего выпуска. И вот лето, тепло, выпускной вечер. Программу вечера Наталья Анатольевна готовила вместе с нами, всеми ребятами класса и вечер удался на славу! Мы придумали кучу всевозможных шуточных конкурсов, викторин и даже танцевальный марафон, в котором должны были выступить наши девчонки и несколько ребят, конечно, с ожидаемым успехом, ведь их готовила сама Наталья Анатольевна, в своем танцевальном кружке.

После торжественной части выпускники и учителя собрались в актовом зале школы, где расставили и накрыли столы, подготовили сцену, аппаратуру. Вечер начался, все шло хорошо: ребята и учителя поздравляли друг друга, шутили, смеялись, участвовали в конкурсах, никто не сторонился, все веселились. За столами кушали, пили воду, соки и в честь такого торжественного случая, даже разрешили пить шампанское. Конкурсы сменяли друг друга, участников награждали призами и аплодисментами. Наконец дошла очередь до танцевального марафона. Участники выступали по своеобразной лотерее, т.е. какой билетик с названием танца выпадал, такой танец и надлежало конкурсанту исполнить. Наталья Анатольевна тоже участвовала в конкурсе и ей выпало исполнить один классический танец и латиноамериканскую ча-ча-ча.

Я поражался её энергии, тому, что она успевала быть везде и всюду, ведь ей всего за несколько месяцев до выпускного исполнилось 43 года, но Наталья Анатольевна, буквально расцветшая физиологически роскошным телом и душевной энергией, выглядела моложаво, на вид не старше 38 или 40 лет, эффектно и сексуально привлекательно, заметно выделяясь своей приятной внешностью среди других учительниц, а на улице и среди других женщин, неизменно обращая на себя внимание мужчин и даже парней, с нескрываемым удовольствием разглядывавших её пышные груди, бедра и попу, зажатые в узких платьях. Я делал снимки её выступлений и старался не пустить ни одного мгновения. Зрители шумно и радостно аплодировали выступающим. Но я устал стоять у сцены, тем более, что Наталья Анатольевна, получив какой-то приз и букеты цветов, уже убежала с неё, мне захотелось пить и я уселся за один из столов, где были напитки, фрукты, сладости.

И Наталья Анатольевна, переодевшись в обычное легкое платье из кремово-кофейного шифона с белыми узорами и прямоугольным вырезом декольте, уже стремительно где-то перемещалась по залу от одной группы ребят и учителей, к другой, на ходу, как обычно, решая какие-то вопросы. Я не торопясь пил прохладную газировку, просматривал на фотоаппарате (одна из первых «мыльниц» Самсунг с матрицей аж 2 Мегапикселя, привезенная моими родителями из поездки в ОАЭ!) снимки, как вдруг неожиданно, Наталья Анатольевна подошла и присела к накрытому столу, возле меня. Мы оказались с ней за столом вдвоем, так как все уже практически разбрелись по залу, толпились у сцены или вышли на улицу. Она слегка запыхалась, с улыбкой поприветствовала меня и попросила налить ей немного воды или лучше, шампанского. Я передал ей фужер с шампанским и похвалил её танцы, сделал снимок её, сидящей у стола и сказал, что сделал фотоснимки и во время её выступлений. Наталья Анатольевна, увидев в моих руках фотоаппарат оживилась, придвинулась ко мне поближе так, что я сразу же ощутил приятное тепло и запах её тела, легких сладковатых духов и уже выпитого ранее шампанского и заметил, что она уже немного навеселе. Она с удовольствием рассматривала снимки и комментируя их, посмеивалась, шутливо толкая меня локтем и ерошила волосы на моей голове.

Поскольку Наталья Анатольевна сидела ко мне вплотную, я без труда различал под полупрозрачной тканью платья чашки надетого ею лифа кремового цвета, поддерживавшего ее пышную грудь и даже заметил, что у лифа прозрачные бретели, одна из которых несколько сместилась в сторону, из-за чего одна из грудей почти выпирала из выреза декольте на платье. В соблазнительной ложбинке между её грудей улегся золотой крестик на цепочке, в ушах были округлые сережки в виде золотых подковок.

Её полные грудь и шейку также украшала еще одна золотая цепочка, покрупнее, а на пухлых пальчиках с хорошим маникюром, красовалось несколько золотых колечек. Отклонившись назад я украдкой посмотрел на её попу и сквозь ткань увидел, что на ней были надеты узкие трусики, того же кремового цвета. Обычно Наталья Анатольевна носила с такими полупрозрачными платьями нижнюю юбку, скрывавшую нижнее белье, а её сейчас на ней не было и я подумал, что наверное в неразберихе с переодеваниями она забыла её где-то и вот бы её найти и забрать себе на память! Воображение тут же нарисовало чудесную картинку прелестей Натальи Анатольевны, и целостность нижней части моих штанов теперь была под вопросом!

Вечер между тем фактически закончился, мы засобирались домой, но тут к нашему столику подошли несколько учительниц и Наталья Анатольевна допив свое шампанское из фужера, поднялась и ничего мне не сказав, ушла с ними. Я вздохнул и двинулся к выходу, хотел пойти поискать нижнюю юбку Натальи Анатольевны где-то оставленную ею, но передумал и, по пути попрощавшись с ребятами и девчонками уже бывшего нашего класса, вышел на улицу. Там уже было темно, по-летнему душно, но иногда откуда-то налетал легкий ветерок, приносивший ненадолго прохладу. Я потихоньку пошел со двора, как вдруг меня кто-то окликнул по имени. Я обернулся, это оказалась Наталья Анатольевна, которая легко сбежала со ступенек школьного крыльца и, подойдя, спросила, куда я направляюсь. Я ответил, иду что домой, что немного устал, на что она сказала, что тоже практически без сил и, засмеявшись, попросила меня проводить её домой, добавив, что она без моей помощи не дойдет. Мы не торопясь пошли по дороге к её дому, обсуждали вечер, болтали о чем-то еще, она расспрашивала меня, в какой ВУЗ я буду поступать, чем буду заниматься, при этом неожиданно для меня, она сама взяла меня под руку и прижала её под мышкой к грудям.

 

Мы шли дальше, я блаженствовал ощущая тепло её тела, мягкую упругость её роскошных грудей и, разглядывая её в темноте, почувствовал, что член в моих штанах мгновенно принял боевую стойку, невзирая на импровизированный бандаж в виде плавок! Так не спеша мы дошли до её дома. Я уже приготовился просто попрощаться с ней и возможностью хоть когда-нибудь воплотить в реальность свои мечты об этой женщине, но Наталья Анатольевна вдруг сказала, что после выпитого шампанского она умирает от жажды, а у неё дома есть замечательный компот, который она сварила накануне и её очень хочется его выпить. Говоря это, она, позвенев ключами, открыла замок входной калитки, посмотрела на меня, улыбнулась и предложила мне тоже отведать компота. Я молча кивнул в знак согласия и осторожно, стараясь не шуметь, вошел вслед за ней во двор неосвещенного дома, но Наталья Анатольевна, увидев это, рассмеялась и сказала, мне не надо осторожничать, так как кроме нас и дворовой собаки Найды, радостно приветствовавшей нас, в доме никого нет. Оказалось, что еще вчера Наталья Анатольевна проводила своих ребятишек под присмотром бабушки, матери Натальи Анатольевны в какой-то загородный санаторий на десять дней, а отец Натальи Анатольевны в этот день ушел на работу, на дежурство до утра.

 

Услышав это, мое сердце учащенно забилось, а в голове вихрем понеслись всякие мысли о том, что может быть наконец то смогу остаться хоть ненадолго с моей любимой женщиной, героиней моих эротических фантазий. Я сидел на кухне за столом, рассеяно прихлебывал компот, мучительно выдумывая повод завести с Натальей Анатольевной разговор на волнующую меня тему. Между тем, она усадив меня на кухне за стол и налив мне компот, успела куда-то выйти из комнаты и вернуться, уже в белоснежном махровом запашном купальном халате с пояском. Я с нескрываемым восхищением оглядел Наталью Анатольевну и с затаенной надеждой посмотрел на неё. Она, перехватив мой взгляд, улыбнулась, спросила, понравился ли мне компот.

Я одобрительно кивнул. Наталья Анатольевна неожиданно подсела ко мне вплотную и взглянув мне в глаза, несколько секунд неотрывно смотрела в них, от чего я несколько оробел. Наконец она спросила, смогу ли я сделать для неё фотосессию. Я удивился, но утвердительно кивнул, правда, не очень понимая, что она имела ввиду и потянулся за лежавшем на столе фотоаппаратом. Она, ничего мне не говоря, встала из-стола, потянула меня за руку и повела за собой в сверкающую белизной кафеля и чистотой ванную комнату с душевой кабиной. Подойдя к выложенной белым, синим и желтым кафелем стене, она скинула с ног легкие шлепки с небольшим каблучком и босая повернулась ко мне, неожиданно слегка распахнув свой купальный халат. Обнажив при этом одну слегка загорелую грудь, животик, чуть нависший над лобком, покрытым темными волосиками и часть бедра, она привстала на цыпочки, кокетливо подперла щеку своей пухлой одной ручкой и подбоченясь другой. Я, ошеломленный увиденным, торопливо навел на неё фотоаппарат и сделал несколько снимков.

Наталья Анатольевна нисколько меня не стесняясь, между тем непринужденно принимала разные позы, постепенно распахивая халат и приподнимая его полы все больше, поворачивалась ко мне то боком, то округлыми крупными ягодицами попы и наконец, скинула халат с плеч, повернувшись лицом ко мне и показывая мне всю себя обнаженную, восхитительную, спереди.

Я лихорадочно делал снимки, но почти ничего не соображал, от возбуждения у меня перехватывало дыхание, язык присох к небу, руки мои тряслись, ноги были ватные, а внизу бессовестно из штанов торчало копье на боевом взводе. Увидев вожделенное тело Натальи Анатольевны, ничем не прикрытые и не стесненные прелести полной жизненных, физиологических сил сорокатрехлетней сексапильной женщины, я не смог сдержать восхищенного вздоха, сделал несколько шагов на негнущихся ногах к ней, стоявшей передо мной и понимающе смотревшей на меня со снисходительной и одновременно, довольной улыбкой. Подойдя к Наталье Анатольевне, я просто упал перед ней на колени, фотоаппарат выпал у меня из рук, а я обхватил её бедра руками, а лицом уткнулся в пушистый лобок. Уткнувшись в этот заветный треугольничек с темно-русыми волосиками, я ощутил и начал с наслаждением вдыхать чудесный, ни с чем не сравнимый запах чисто подмытого паха и клитора зрелой, цветущей женщины и не в силах был оторваться от её тела, то жадно сжимая обеими руками половинки её попы, то пощипывая и оглаживая её пышные, крепкие бедра и ляжки, мягкий живот.

Наталья Анатольевна стояла на удивление спокойно, не отталкивая меня от себя и терпеливо, на мой взгляд, достаточно долго, не прерывала моего наслаждения её телом, лишь поглаживая и ероша волосы на моей голове. Наконец я, сделав над собой усилие, оторвал свое лицо от паха Натальи Анатольевны, поднял восхищенный и одновременно, умоляющий взгляд на её лицо. Она встревоженно-заботливо взглянув на меня, наклонилась ко мне, при этом увесистые груди Натальи Анатольевны, напоминавшие крупные среднеазиатские дыни, с тёмно-розовыми сосками, обрамленными большими коричневыми кружками, тяжело качнулись вниз. Увидев это, я застонал и едва слышно прошептал, что я её люблю и очень хочу. На языке вертелись только матерные значения, того, что я мечтал все это время сделать с Натальей Анатольевной, оставшись с ней наедине, и я, устыдившись, вновь, но уже несколько громче, лишь выдавил из себя, что я очень хочу её, что хочу секса с нею и снова уткнулся лицом в её пушистый лобок.

Наталья Анатольевна слегка отклонив от своего паха мою голову изумленно взглянула на меня и хотела отступить от меня, но я изо всех сил прижался к ней, обеими руками уцепился за её попу и бедра, что называется, мертвой хваткой, так что она не смогла сдвинуться с места. Наталья Анатольевна неожиданно строгим, сразу ставшим неприятным голосом, осуждающе сказала: «Ах, ты бессовестный, что ты себе позволяешь! Ты что, думаешь, что я такая вот пошлая и развратная, что буду ни с того, ни с сего заниматься этим с тобой?! Ты с ума, что ли сошел, Андрей?!». Внезапно обретя дар речи, я стал сбивчиво и торопливо говорить ей о том, что давно влюблен в неё как в женщину, что она для меня на всем белом свете самая красивая, самая замечательная и желанная и хочу, чтобы первой женщиной, которая научит меня заниматься любовью, была именно она, Наталья Анатольевна. «Андрей! Не морочь мне голову этой пошлятиной, тем более, что у нас такая разница в возрасте! Отпусти меня и встань сейчас же!» - возмущенно продолжала Наталья Анатольевна, пытаясь оттолкнуть меня от себя.

Но я не двигался и не отпускал её из своих объятий и, отняв лицо от её паха, обреченно сказал, что у меня проблема с сексом, что я хочу, чтобы она научила меня целоваться по настоящему, по взрослому, научила меня любовным ласкам и прочую околесину. Выслушав мою бессвязную болтовню, Наталья Анатольевна, с очевидным сомнением посмотрела на меня и ответила, что у меня, очевидно, не все в порядке с головой и то, о чем я прошу её, это не нормально и все это мои нездоровые фантазии и придумки. В ответ я молча продолжал удерживать Наталью Анатольевну на месте и судорожно тискать руками её попу и бедра и в какой-то момент, наверное, сжал их слишком сильно, так что Наталья Анатольевна ойкнула, и, болезненно поморщившись, недовольно сказала: «Да тише ты! Синяков мне наставишь, что я потом буду делать?!». Возникла неловкая пауза и повисла тишина, так что было слышно наше дыхание и как за вентиляционным окошком, во дворе дома, потрескивают сверчки. «Может, помочь тебе найти для этого какую-нибудь девчонку и девушку?» - нарушила молчание Наталья Анатольевна. В ответ я отрицательно мотнул головой и неожиданно для себя решительно выпалил:

«Да ну их, они все бестолковые, маленькие и такие же неопытные!». «А с чего ты решил, что у меня много опыта в таких делах? Я что, общаясь с тобой, давала тебе какой-то повод, так обо мне думать? И в чем же именно заключается твоя проблема?» - уже спокойно, своим грудным голосом, спросила меня Наталья Анатольевна. Я не нашелся что ей ответить, только пробормотал, что не знаю, с чего надо начинать, когда занимаются любовью, жутко этого стесняюсь и боюсь выглядеть в глазах противоположного пола при этом неумехой и смешным. «Не рановато ли ты решил об этом узнать и набираться опыта? Может, еще чуть повзрослеешь и сам сможешь разрешить свою проблему?» - несколько устало спросила она. Я не отвечал и лишь плотнее прижался лицом к её лобку. Помолчав еще, Наталья Анатольевна взъерошила мои волосы на голове, вздохнула и сказала: «Ну что с тобой поделаешь, что ж, пойдем, попробуем с твоей проблемой что-нибудь сделать». Я встал, она испытующе взглянула мне в глаза и, тихонько засмеявшись, сказала: «Эх ты, Андрюшка-фантазер! Герой-любовник!», обняла, прижала меня к себе так что я вплотную ощутил упругость её грудей, живота, а мой член уперся в её пах.

Я нервно начал оглаживать её по бокам и по бедрам и прижиматься к ней сильнее, но Наталья Анатольевна остановила мой порыв и, развернув за плечи, легонько подтолкнула меня к выходу из ванной комнаты. Мы прошли в её комнату, где включили ночник и Наталья Анатольевна, голая, присела на край своей постели, сдвинув и поджав ноги и прикрывая свои увесистые груди одной рукой. Я стоял перед ней, не зная, что мне теперь делать. Видя мою растерянность, она ободряюще улыбнулась мне и пришла на помощь, расстегивая ремень на брюках. Придя в себя, я быстро скинул с себя всю одежду и снова встал перед ней в нерешительности, нацелившись в её сторону своим до предела напрягшимся и набухшим членом. Увидев его Наталья Анатольевна удивилась, сказав, что она не ожидала увидеть член такого размера у юноши. Она взяла его в руки, внимательно рассмотрела, легонько поглаживая, покалывая и щекоча ноготками его и затвердевшие яички, затем осторожно оголила крайнюю плоть.

От этого и от крайнего возбуждения, я еле сдержавшись, судорожно сглотнув слюну, прерывисто вздохнул и едва не кончил на её грудь и лицо. Наталья Анатольевна выпустив из рук мой член и полуобернувшись, приподняла подушки на постели, откинулась на них на спину, и, потянув меня за руку к себе, сказала, чтобы не я спешил, что времени у нас достаточно будет для всего. Я опустился на постель с ней рядом и начал осторожно ласкать её давно вожделенное мною тело, оглаживая обеими ладонями её полные руки, пышные груди, широкие, крепкие бедра, нежную кожу в паху, сильный, выпуклый лобок. Сначала осторожно, а затем сильнее, я сжимал ладонями её груди, баловал с ними, они не помещались в ладонях, на ощупь груди были одновременно мясистыми и мягкими, теплыми, мерно колыхались от потряхивания их руками, но не сваливались на сторону, а, напротив, прекрасно держали свою форму. Я начал целовать и теребить языком крупные соски в темных больших кружках и соски твердели прямо на глазах. Затем я заскользил ладонями по животу, мягкому, но ничуть не обвислому, а просто возрастному, поцеловал впадинку пупка и, забавляясь, дунул в него, от чего Наталья Анатольевна рассмеялась, а затем добрался и до внутренней стороны бедер. Наталья Анатольевна, лежала спокойно и слегка прикрыв глаза, с улыбкой наблюдала за мной, принимая мои ласки. Она немного раздвинула свои мясистые ляжки, так чтобы я мог гладить их и промежность, лобок и половые губки.

Я приник губами к паху Натальи Анатольевны и снова ощутил этот пьянящий, одурманивающий и такой желанный запах её клитора, вагины, запах зрелой здоровой женщины. Оказалось, что пушистым у Натальи Анатольевны был только лобок, а вся промежность, как и область вокруг ануса были гладко и чисто выбриты. Я переместился вниз, к вагине Натальи Анатольевны, и чтобы мне было удобнее, слегка надавил на её ноги, раздвигая их. Она послушно раздвинула ляжки так, что вагина раскрылась, шире раздвинулись и половинки попы, показывая коричневое колечко ануса. Я зацеловал всю промежность, а затем войдя во вкус, стал вылизывать её языком. Потом осторожно коснулся языком клитора Натальи Анатольевны, одновременно сжимая ладонью её полные груди. Все это я проделывал интуитивно, наверное тем самым воплощая какие-то свои потаенные фантазии, которые сложились из того, о чем может читал где-то что-то о любовных ласках.

В это время Наталья Анатольевна, поглаживая меня по телу, волосам, лицу, начала слегка постанывать, а от моих одновременных прикосновений к грудям и клитору, она вздрогнула, выгнулась и несколько раз негромко вскрикнула. Я продолжал осторожно лизать и ласкать её клитор языком, от чего Наталья Анатольевна застонала громче и негромко сказала мне, что у неё в лоне уже все смазалось и она потянула меня на себя. Я, упершись руками в постель, осторожно опустился нижней частью своего тела на неё сверху, одновременно пытаясь членом проникнуть в подготовленное, уже сочное лоно моей любимой пышечки, но тщетно (сказывалось отсутствие опыта! ).

Тогда Наталья Анатольевна пришла мне на помощь, сама пальчиками заправила член в лоно и я сделал несколько медленных движений, стараясь проникнуть в него как можно глубже. Внезапно мне пришла мысль похулиганить и я вынув свой напряженный, жесткий член, стал постукивать и поглаживать его головкой клитор и половые губки. В ответ на это Наталья Анатольевна аж взвизгнула от восторга и удовольствия. Я снова ввел член в лоно, оно показалось мне довольно узким, не растянутым и я сказал о своих ощущениях Наталье Анатольевне. Она засмеялась и отшутилась, сказав, что там все заросло от длительного простоя и бездействия и мне необходимо будет постараться, чтобы вернуть лоно в рабочее состояние. Я продолжил сношать Наталью Анатольевну, одновременно лаская, целуя её груди, её губы, лицо, волосы, шепча, что я её люблю и очень хочу её.

Движения моего члена в лоне Натальи Анатольевны сначала были медленные, осторожные, затем я, возбуждаясь от ощущения долгожданной близости с вожделенной женщиной, стал совершать толчки членом резче, стараясь при этом, чтобы член проник как можно глубже, до самой матки. Наталья Анатольевна сначала обнимала и прижимала меня к себе, а затем, когда напор моего члена стал сильнее, положила свои руки под свою попу, чтобы её вагина и попа были повыше, согнула ноги в коленях, приподняла их, обвила ими меня и старалась прижимать ими меня к своему паху и тоже возбужденно шептала: «Ах, Андрюшка, мальчишка мой! Хочу тебя, хочу всего, мой милый, мой хороший! Не останавливайся, продолжай! А-а-а! А-ах! Еще! Вот так!», выгибалась подо мной в такт моим движениям. Это продолжалось на мой взгляд довольно долго, мы даже оба вспотели, тяжело дышали и, в какой- то момент, я понял, что вот-вот готов кончить. Словно почувствовав это, Наталья Анатольевна успела шепнуть мне, что я спокойно могу кончить в неё, что я и сделал, излившись в её лоно бурным потоком спермы. Наталья Анатольевна, прерывисто дыша, чуть слышно произнесла, что она тоже кончила.

Я лежал на ней, отдыхал. Вынимать член не хотелось и ощущая им приятное тепло, я начал снова тихонько двигаться, напрягая член и шевеля им в лоне Натальи Анатольевны и это ей очень понравилось. Она, в свою очередь тоже стала напрягать мышцы стенок лона и сжимать им мой член. Таких восторженных ощущений раньше я не испытывал никогда! Между тем, мой член после семяизвержения не ослаб и сохранял упругость и силу, я начал опять сношать Наталью Анатольевну, что её приятно удивило и она предложила попробовать это в другой позе, спиной.

Наталья Анатольевна встала на четвереньки, повернулась ко мне попой, прогнула спину, раздвинула ноги так, что я, стоя на коленях, оказался между её ног. Я надставил возбужденный член к лону Натальи Анатольевны, но несколько раз ткнулся им ниже нужной дырочки и она снова пришла мне на помощь, своими пухлыми пальчиками раздвинув половые губки и заправив член в лоно. Смазки в нем было предостаточно, член скользил с небольшим трением по его стенкам и я стал ритмично загонять его как можно глубже.

Теперь возможность проникновения члена вглубь ограничивала только промежность Натальи Анатольевны и упругость раздвинутых половинок её попы, о которую звонко шлепали мои яички и бедра. Я хватал Наталью Анатольевну за раскачивающиеся в такт моим толчкам увесистые груди или смачно шлепал её ладонью по ягодицам, аппетитно и возбуждающе сотрясавшимся от моих же толчков. Мы с Натальей Анатольевной снова набрали темп, толчки становились сильнее, жестче, член проникал в лоно так, что он своей головкой упирался в верхнюю стенку, Наталья Анатольевна со стонов перешла на вскрики и даже слегка повизгивала. В какой-то момент я обратил внимание, что коричневое колечко ануса у Натальи Анатольевны также расширяется в такт её движениям попой. Искушение возможностью проникнуть в запретное отверстие было слишком велико и я, быстро вынув член из лона, попытался вставить его в анус Натальи Анатольевны.

Почувствовав это, Наталья Анатольевна отпрянула от меня и обернувшись, укоризненно посмотрела на меня и довольно резко сказала, чтобы я немедленно прекратил свои попытки заняться с ней анальным сексом. Я сконфузился и попросил её простить меня за эту выходку. Наталья Анатольевна, видя мой обескураженный вид, смягчившись, сказала, что для анального секса ей необходимо подготовиться и настроиться и, возможно позже, она предоставит мне такую возможность, но уж точно не сейчас и не в эту ночь. (К слову говоря, Наталья Анатольевна сдержала передо мной свое обещание и позже действительно подарила мне незабываемые ощущения анального секса, но это уже другая история ). Я сидел на постели и совершенно растерялся от внезапной выволочки, которую мне устроила Наталья Анатольевна.

Между тем она вновь прильнула ко мне, прижала к грудям, стала меня целовать, гладить, ласкать мой член и сказала, что снова хочет почувствовать мой член в себе, ощутить, как я кончу в неё. Через несколько мгновений мой член снова напрягся, Наталья Анатольевна снова повернулась ко мне попой и стоя на коленях, расставила ноги по шире, прогнула спину. Я с удовольствием ввел член в её лоно, набрал энергичный темп толчков и под возбуждающие вскрики Натальи Анатольевны, через несколько минут бурно кончил в неё.

Простонав, она прошептала, что она кончила тоже и не один раз, осторожно легла на живот, поджав руки под груди и плотно сведя ноги и продолжала слегка подрагивать и постанывать от спазм, переживая полученный оргазм. Я лежал на ней, отдыхал и, переводя дыхание, оглаживал Наталью Анатольевну по бокам, грудям, плечам, вдыхал запах её волос, целовал её в затылок и шейку и не хотел вынимать член из её лона, но он сам выскользнул и оказался зажатым упругими половинками попы Натальи Анатольевны. Я тихонько стал ерзать на ней вперед-назад, подрачивая член и стараясь продвинуть его поглубже, но Наталья Анатольевна сказала, чтобы я угомонился и отдыхал. Тогда я лег рядом с ней, стал гладить её по спине, попе, бедрам, целовать подмышки возле грудей, складочки и мякушки.

Наталья Анатольевна на мои ласки тихонько посмеивалась и шутливо спрашивала, откуда я такой ласкуля неугомонный взялся. Немного отдохнув, мы поднялись с постели и пошли с ней в ванную комнату, где с удовольствием поплескались под теплыми струями воды. Я упросил Наталью Анатольевну позволить мне самому подмыть её промежность и все дырочки, на что она смеясь, согласилась.

Под теплыми струями воды я оглаживал ладонями с нанесенным на них шампунем роскошные груди, спинку, попу, бедра, полненькие ляжки Натальи Анатольевны. Она слегка расставила ноги и немного присела, чтобы мне было удобнее и мои ладони мягко заскользили по её промежности, намыливая слипшиеся от спермы волосики лобка, губки и я не упустил возможности пальцами еще раз погладить, потеребить клитор, проникнуть ими в вагину, а затем, скользя ладонями по ляжкам и между половинками попы, я, озорничая, слегка надавил пальцем на анус, от чего Наталья Анатольевна ойкнула и побранила меня за мои шаловливые ручки.

Я мог бы делать это бесконечно, но Наталья Анатольевна решительно взяла инициативу в свои руки, сняла со стойки лейку душа и сама стала смывать пену шампуня с своих интимных прелестей, а потом еще успела тщательно помыть и мои. Я стоял рядом с ней, оглаживал ладонями её тело, а членом снова стал членом проводить по её влажным бедрам, попе, но Наталья Анатольевна сказала, что она устала и ей уже хочется отдохнуть. Обсушившись полотенцами, мы вернулись в комнату Натальи Анатольевны. Проходя через гостиную, она глянула на часы и сказала, что уже третий час ночи и пора ложиться спать. Спохватившись, она спросила меня, не будут ли волноваться за меня дома, но я ответил, что моих родителей тоже дома нет, они уехали к родственникам в соседний город и должны были вернуться только на следующий день, к обеду.

Наталья Анатольевна застелила постель свежей простынею, сменила наволочки, а прежде заправленную простынь мы сняли, так она была неосторожно залита нашей спермой и порядочно измята от нашей любовной возни. Наконец мы улеглись, голые, накрывшись лишь до пояса легкими простынками. Я лежал приобняв Наталью Анатольевну, одной рукой поглаживая её груди, а она устроилась рядом, положив голову на мое плечо. Уже засыпая, Наталья Анатольевна сказала мне, что ей со мной было очень хорошо и такого удовольствия ей прежде никто не доставлял.

Я неосторожно спросил про мужа, на что Наталья Анатольевна, неопределенно хмыкнув и пожав плечами, ответила, что тот мол, объелся груш. Она сказала, что он уже давно уехал на заработки в Россию и не пишет, не звонит и она с ним практически никаких отношений уже не поддерживает. Я почувствовал себя неловко, но Наталья Анатольевна сказала, чтобы я не принимал это близко к сердцу и спокойно засыпал. Мы уснули. Я проснулся от того, что в комнате было уже светло, ведь летом рано светает. Я тихонько встал с постели, прошел в гостиную, глянул на часы, они показывали 6 утра. Я вернулся в комнату, прилег рядом с Натальей Анатольевной. Она спала на животе, слегка поджав ноги, тихонько посапывая во сне, прикрывшись сверху в простыней.

Я оглядел её тело, попу, бедра, которые соблазнительно обтягивала простыня, увесистые груди, подмявшиеся под свою хозяйку, почувствовал и увидел, что мой член напрягся и, оголив крайнюю плоть демонстрирует готовность вновь проникнуть в теплое, сочное лоно моей любимой женщины, Натальи Анатольевны. Она между тем во сне перевернулась во сне набок, ко мне спиной, простыня теперь прикрывала только её груди и мягкий живот. Моему взору предстала её роскошная попа со складочками, задние части сжатых вместе ляжек с мягкими складочками. Я осторожно провел несколько раз членом по попе и попытался протолкнуть его между её половинок, одновременно пальцами осторожно поглаживая мякушки ляжек под попой и складочки на спине, переходящие в груди. Через несколько толчков и поглаживаний Наталья Анатольевна потянулась, сонно пробормотала, что я неугомонный, и не открывая глаз, вздохнула, откинула простынь, перевернулась на спину и послушно раздвинула ляжки, открывая мне безграничный доступ в промежность и к её прелестям.

Я тихонько лег на Наталью Анатольевну и уже без проблем, самостоятельно, сразу же ввел головку члена в её лоно, но оно еще было сухим, не возбуждённым и весь член не смог сразу войти. Я стал целовать и легонько покусывать соски грудей у Натальи Анатольевны, одновременно стараясь протолкнуть член подальше в лоно, она на это заулыбалась и, приоткрыв сонные глаза, спросила, надо ли ей сходить подмыться. Я отрицательно помотал головой, так как мои усилия в этот момент увенчались успехом и член уже полностью вошел в лоно, его движения стали свободнее.

Наталья Анатольевна, уже проснувшись, с улыбкой смотрела на меня снизу, поглаживая меня по спине и ероша волосы на голове. Я посмотрел в её повлажневшие и заблестевшие от удовольствия глаза, неожиданно для себя, тихонько, с нежностью сказал ей: «С добрым утром, моя любимая!», до предела продвинул член в её лоно и, почувствовав, что он уперся головкой в стенку ее матки, одновременно сжал ладонью одну из её грудей и поцеловал её в губы. Наталья Анатольевна подалась вперед, выгнулась навстречу движению моего члена, крепче прижала меня к себе и ответила мне долгим, затяжным поцелуем, с язычком.

Я с наслаждением сношал её, не делая резких движений, потихоньку перемещал член в лоне то влево, то вправо и это быстро привело Наталью Анатольевну в крайнее возбуждение и она сказала мне, что она уже кончила. Через несколько мгновений кончил в неё и я. Немного еще полежав и поласкав друг друга, мы с Натальей Анатольевной поднялись и пошли в ванную, под теплый душ. Мы привели себя в порядок довольно быстро, так как Наталья Анатольевна, в отличие от ночных купаний, все делала энергично, решительно пресекая мои попытки поласкать её тело под теплыми струями душа. Надев и запахнув свой банный халат, она также быстро и умело приготовила завтрак, так что пока я закончил мыться и нашел свои плавки, стол был накрыт и Наталья Анатольевна уже сидела у стола с чашечкой ароматного кофе. Я тоже присел к столу и стал завтракать.

Наталья Анатольевна с улыбкой посмотрела, как я ем и, допив свой кофе, встала из-за стола и прошла в гостиную, где раздвинула шторы у окна и приоткрыла форточку. Я покончил с завтраком и тоже прошел в гостиную, где увидел Наталью Анатольевну, молча, с задумчивым видом, стоявшую у окна. Я подошел к ней сзади и прижался к ней, пропустив руки под мышками, обхватив и сжав ладонями её груди, вдохнул запах её волос, поцеловал её в полную шейку, затылок. Мой снова вставший дыбом член уперся в её попу.

Наталья Анатольевна, запрокинув голову, искоса с улыбкой глянула на меня, просунув ладонь под мои плавки, взяла в неё мой член и легонько сжала его. «Хочешь сказать, что ты снова готов ласкаться?» - тихо спросила она, слегка пожимая член своей ладонью. Я сильнее прижался к ней, но Наталья Анатольевна сказала, чтобы я прекратил баловаться, что для первого раза у нас всего было достаточно. Она отстранилась от меня, отошла от окна и присела на диван, стоявший гостиной. Я присел рядом, положил голову ей на колени, одновременно приобняв её за попу. Наталья Анатольевна молчала, поглаживала меня по голове, задумчиво глядя на меня сверху вниз. «А знаешь, ты мне с самого начала, когда я взяла ваш класс, очень понравился» - нарушила молчание Наталья Анатольевна, обращаясь ко мне. Она сказала, что ей очень импонировали мои сдержанность, увлечение техникой и спортом.

Наталья Анатольевна призналась мне, что все это время искренне симпатизировала мне за то, что я относился к ней с уважением, что был её помощником и защитником, провожая её до дому по темным, вечерним улицам, но она и представить себе не могла, что будет интересовать меня как женщина. «И вот вчера выяснилось, что оказывается очень интересую вот этого бессовестного Андрюшку, да так, что всю ночь мне не дал уснуть и утром никак не мог угомониться!» - воскликнула Наталья Анатольевна и в шутку затормошила меня на своих коленях. Наклонившись ко мне и глядя мне в глаза, она сказала, что благодарна мне за прошлую ночь и особенно за утро. «Никогда еще и никто мне не говорил утром таких замечательных, нежных слов и не доставлял такого удовольствия. Спасибо тебе, Андрюшка, мой хороший, мой ласкуля, мой любимый мальчишка!» - своим грудным голосом проворковала Наталья Анатольевна. Польщенный её похвалой, я неожиданно для себя, спросил её, почему она вчера ночью разделась передо мной, позволила мне ласкать её, а потом и близость с ней. Наталья Анатольевна озадачено, несколько секунд молча разглядывала меня и, пожав плечами, честно призналась, что не знает.

«Просто в тот момент я почувствовала предвкушение какого-то необъяснимого удовольствия от того, что ты увидишь меня обнаженной и мне нестерпимо захотелось показать тебе свои прелести» - продолжила она. «А что до секса… Знаешь, иногда женщины совершают поступки, которые трудно потом объяснить логически» - шутливо закончила она. Я, набравшись смелости, спросил у неё, будет ли у нас еще секс, довольно сильно сжав ладонью её попу.

Наталья Анатольевна ахнула от неожиданности, несколько секунд изумленно смотрела на меня и опомнившись, несильно дернула меня за ухо, прикрикнув на меня за мои шаловливые ручки. Столкнув меня со своих колен, она попыталась встать с дивана, но мне удалось её повалить на спину. Несколько минут мы возились на диване, шутливо толкая друг друга, но при этом я успел снова ощупать все прелести Натальи Анатольевны и поцелуем завладел её губами. В ответ она не сильно сопротивлялась, но затем, целуясь со мной, расслаблено затихла, проникая своим язычком в мои губы, ероша волосы на голове, крепко прижимая к своим грудям, открывшимся из распахнувшегося халата. Я, обняв за шею и целуя её, не переставал гладить другой рукой её по бедрам, попе, в паху, лобок и старался просунуть руку между её сжатых ляжек. Уступив моим попыткам, наконец она их немного раздвинула и я смог почувствовать под пальцами начинающее влажнеть лоно. Но Наталья Анатольевна, почувствовав, что я начал теребить пальцами её клитор и половые губки, в этот момент легонько отстранила меня и встала у дивана, запахивая халат. Я сел на диване рядом и вопросительно посмотрел на неё. Перехватив мой взгляд, Наталья Анатольевна сказала, чтобы я не торопил события, что она подумает и если что-то решит, она сама мне об этом скажет.

«А теперь, чеши-ка домой, герой-любовник!» - засмеялась Наталья Анатольевна и добавила, что времени уже десятый час утра, что скоро с дежурства вернется отец и вообще, ей надо заниматься домашними делами, а не только любовью и вышла из комнаты. Я вздохнул, быстро оделся и направился к выходу. Наталья Анатольевна, уже в сарафане (когда успела?!) была во дворе дома, что-то уже делала.

У калитки я остановился и оглянулся на неё. Наталья Анатольевна подошла ко мне и, словно угадав мое желание, сама обняла меня, прижала к грудям и животу, затем крепко поцеловала в губы и легонько подтолкнула к выходу. «Пока-пока! Забегай, не пропадай!» - улыбаясь сказала она мне закрывая калитку. И я пошел домой.

Информация об отправителе

Автор: Андрей Миронов

Емейл: скрыт

Фотографии: (6шт)

    Важно! Дождитесь выгрузки плеера, несколько секунд



    Проблемы с показом видео ?

    Порно или Эротика ?

    Порно

    Эротика

    Написать свой комментарий
    Введите код с картинки